– Туман? – спросил я.

– Что-то в этом роде, – ответила она. – Но не холодно...

Закрыв окна, она вернулась ко мне, присматриваясь:

– Ну и вид! Что с вашей головой? Очевидно, гуляли вместе?

– Конечно, голова со мной, знаете ли, не расстается.

– Я говорю о Лере. Он вас снова развращал?

– Что-то в этом роде.

– Надеюсь, вы его усадили в поезд? Или что-то в этом роде?

Я ухмыльнулся:

– А вот и нет. Он в больнице.

Элен широко раскрыла прекрасные удивленные глаза:

– А ведь жена вам платит, чтоб вы его оберегали! Но что случилось? Драка? Его придушил рыночный силач?

– Глупейший несчастный случай. Похоже, его сбил какой-то лихач. Меня при этом не было. Думаю, следует предупредить его жену. Вы пошлете телеграмму. В успокоительном духе. Закажите также телефонный разговор. Я хочу и сам ее успокоить. В телеграмме постарайтесь ее убедить, что ей не следует срываться с места. Здесь, в Париже, в ней пока что не нуждаются.

Элен нахмурила брови:

– Он хотя бы жив?

– Конечно. Ну что вы себе вообразили? Приготовьте-ка нам кофе, пока я одеваюсь.

Она исчезла в крошечной кухоньке. И скоро вернулась, неся на подносе две чашки, полные ароматной черной жидкости. Сделав несколько глотков кофе, она продолжала рассуждать:

– Не воображаю, чтобы вы кого бы то ни было могли пришить, – сказала она. – Но, согласитесь, что вас часто видишь работающим в непосредственной близости от трупов, или что-то в этом роде, как вы выражаетесь. Это крайне любопытно.

– Вам следовало бы отпустить усы, – сказал я, поставив чашку. – Вы уже говорите как Флоримон Фару, Вы поразительно на него похожи... Он мне выдал подобное не позже, чем этой ночью.

– Так я и думала. Шеф, кем был тот покойник? Он был там специально ради вас?

– Какой покойник? Она пожала плечами:

– На Центральном рынке нашли убитого мужчину. Вы разве не знали?

– Да нет.