— А, кроме того, следующее послание может быть вручено мужу лично. Насколько серьезное значение для вас, миссис Слокум, будет иметь то, что муж прочтет подобное письмо?

— Это будет ужасно.

— Почему? Он ревнив до безумия?

— Вовсе нет, он очень спокойный человек.

— А вы его любите?

— Он мой муж, — ответила она. — Я никогда не сожалела об этом.

— Если у вас счастливая супружеская жизнь, то стоит ли огорчаться из-за одного-двух ядовитых, но лживых писем.

Я бросил письмо на стол, стоящий меж нами, и заглянул гостье в лицо. Мучительно напряженное лицо.

— Это было бы... последней каплей... У меня дочь, мистер Арчер, она еще учится в школе. Я просто не могу допустить, чтобы это случилось.

— Что именно?

— Крушение... крушение всего, развод, — произнесла она с отчаянием в голосе.

— Вы думаете, что произойдет именно это, если ваш муж получит что-либо подобное? — Я указал сигаретой на клочок белой бумаги.

— Да, да, мистер Арчер! Может, я справилась бы с Джеймсом, но ведь он передаст это своей матери, а та наймет следователей...

— А какие, собственно, основания для развода? Есть ли свидетельства против вас?

— Должны быть, — с горечью сказала она. — Кое-кто знает. — Легкое движение качнуло ее тело. Она походила на червя, насаженного на крючок. В данную минуту она чувствовала неприязнь к своему полу. — Это причиняет мне слишком сильную боль.

— Я знаю, — сказал я. — Моя жена развелась со мной в прошлом году. С психической стороны, это крайне жестоко.

— Я думаю, вы способны на такое. — В ее голосе послышалось злорадство. Затем ее настроение снова переменилось:

— Пожалуйста, не воображайте, что я приму развод так легко. Это самое последнее, чего бы я желала.