
Что за бым-бым, я не спрашиваю. Я знаю - они полетели. Hикто бым-бым не объявлял. По телевизору иногда прокручивают фильмы в ускоренном режиме. Это ненормально. Мир, наверное, полетел ко всем чертям. Сейчас на улицах мало людей. Они сторонятся друг друга. Я видел циклопа. Вернее, человека с одним глазом посередине лба. Может быть, я тоже полетел и у меня галлюцинации?
...Эскалатор выносит меня наверх - туда, где через стекло помещения станции тускло светит февральское солнце. Hе видно раскладок с мелкими товарами. Только одна с прессой. Журналы все как один за прошлый месяц. Пара наименований газет. Титан прессы "Киевские Факты" выходит теперь только раз в неделю. Иногда они печатают целые страницы, заполненные одним и тем же символом или словом.
За столиком с разложенной на нем прессой на складном стульчике сидит продавщица в респираторе. Одно время по ящику пропагандировали их надевать. Или, на худой конец, марлевые повязки. Тут же в магазинах, на почтах и тому подобных госучреждениях весь персонал натянул на носы белые повязки, выданные им неким доселе неизвестным ведомством, деятельность коего впервые оказалась востребована. Hо вряд ли эти повязки принесли какую-то пользу.
Я подхожу к лотку, кладу 25 копеек. Передавать монеты из рук в руки СЕЙЧАС... да еще не сошел с ума! Продавщица в резиновых перчатках - разумно - берет деньги. Я же беру номер "Фактов" и направляюсь к выходу о четырех дверях, открыты из которых лишь две.
