Если ты не хочешь растерять то, что ты имеешь, то нам по пути и с тобой. Даже больше, чем с ними.

- Разве я что-то имею, - удивился Комаров, - кроме старой спортивной формы и ботинок, которые к тому же малы?

- Время покажет, что имеешь ты, что имею я, что имеют они, - философски заметил Эрвин. - Еще вопросы есть, или будем спать?

- Ты так и не ответил, почему ты попал сюда.

- Я сюда не попадал. Я - коренной житель.

- Что? - Алекс не поверил своим ушам. - Ты родился на этой свалке?

- Кому свалка, а кому и дом родной, - все так же спокойно продолжил Эрвин. - Конечно, все удобства на улице, и крыша подтекает, но мне нравится.

- Но ты так говоришь о жизни по ту сторону океана, как будто побывал и там, - допытывался Алекс.

- Побывал и там, - подтвердил Эрвин. - Расскажу как-нибудь.

- Почему не сейчас?

- Спи, - посоветовал Эрвин. - Завтра будет не самый простой день.

Алекс последовал его совету и, закрыв глаза, провалился в бездну сна почти сразу.

Проснулся он того, что почувствовал на себе чью-то тень. Кто-то стоял очень близко, распространяя резкий неприятный запах пота, и что-то говорил. Алекс осторожно приоткрыл один глаз и разглядел его. Типичный абориген этого острова - мускулист, коротко стрижен, одет в оборванную старую одежду зелено-коричневой расцветки, увешан смертоносными железками.

Наверно Ул послал своего человека, чтобы разбудить его и Эрвина.

- Что? - Алекс протер глаза и начал подниматься. - Уже пора?

- Да, пора, - рявкнул верзила, одним рывком подняв Алекса на ноги. Ходить-то еще можешь, дохляк?

- Могу, - Алекс сделал шаг в сторону лагеря и замер на месте.

Разбудивший его не был человеком Ула.

Такого понятия, как 'люди Ула', больше не было, как и самого Ула. Он и несколько других 'хозяев' лежали возле костра. Кровь, залившая листы металла, на которых они спали, уже засохла.