для нее Петр Захарович корову и молочницу, чтобы усердно молоко добывала в количестве никак не менее ведра, а остальное себе для существования забирала. Так что молока в семье начальника порта хватало и не только малолетнему ребенку, но устраивались и ванны для омоложения кожи супруги, которая после омовения в молоке облачалась в японские кимоно, тем же макаром доставляемые самолетами из иностранных государств. Такая тяжелая жизнь Петра Захаровича закончилась только после того, как само правительство побеждающей державы решило упразднить длинный мост между континентами. Да и то, правда. Какая может быть помощь народу-победителю, а тем более, съестными припасами, когда прочие державы развязали против СССР наглую по своим масштабам холодную войну. Народ СССР, привык итак и в голоде, и в холоде жить. Ничего.

17

Перебьется, И пока народ перебивался, Петр Захарович, оставив буренку и самолеты для пользы государству, сам со своей супружницей вылетел в стольный град Москву для получения себе нового назначения. А пока назначения не было получено, то они с Анной откушивали в "Метрополе" на те длинные рубли, которые на севере заработали. Анна славно кружилась в вальсе в панбархатным платьях капиталистического покроя, из подполы которых время от времени выглядывали подвязки мужских подштанников. Время было зимнее и тут уж вовсе стесняться не приходилось. Иногда вместе прохаживались по комиссионным магазинам, которых в ту пору в заснеженной послевоенной