Олигарх говорил негромко и быстро, но присутствующие слышали и хватали каждое его слово. Они чувствовали, что всякая утекающая минута суть ИСТОРИЧЕСКИЙ МОМЕНТ. А от соприкосновения с Историей возбуждались, как прыщавые подростки возле вульгарной девицы.

Закончив с «обязательной программой», олигарх ушел на перерыв. В тесном кругу доверенных лиц речь пошла вовсе не о конституционных подходах к партийному и государственному строительству. Разговор пошел об очень серьезных вещах.

– То, что говорилось в зале, в котором наверняка найдется пара-тройка предателей и шпионов, – это все теория и чепуха на постном масле, господа, – доверительно вещал Верховский. – Только теория, а она должна быть надежно подкреплена. Этим и отличается большая политика от преферанса. В торге с президентом нам нужен дополнительный козырь. Убийственный, – многозначительно сообщил олигарх и выдержал драматическую паузу.

Верховский никогда не говорил просто так, а значит, на встречу он пришел не с пустыми руками. В кармане у него, как водится, лежала хорошая «домашняя заготовка».

– Вы предлагаете его… хм… – замялся генерал Казуев, не решаясь называть вещи своими именами. – Устранить физически?

«Заговорщики» притихли и, переглядываясь, затаили дыхание. То, что скажет сейчас Верховский, будет для них законом. Законом, призванным перекроить Историю. Игрушки кончились, и начались великие дела. Война за власть и страну. Если олигарх скажет устранить, значит, так оно и будет. Значит, на это будут брошены гигантские финансовые и людские ресурсы и цель будет достигнута. Ведь нет ничего фантастического в том, чтобы подобраться к президенту на расстояние винтовочного или пистолетного выстрела и нажать на спусковой крючок.