Повернувшись к своему Серому, Бриг ухватился за луку и в мгновение ока взлетел в седло. С минуту еще потоптавшись на полянке, конь вынес седока через заросли на открытый зеленый простор луга. По всей горной долине распускались эдельвейсы, и их головки согласно колыхались под дуновениями ветра. Бриг знал: для того чтобы не лишиться всей этой красоты, ему придется спрятать гордость в карман и обратиться за помощью к человеку, которого он презирает всей душой…

Усталый и изнемогающий от жажды после долгой езды по ухабистой дороге, положительно не заслуживавшей громкого названия «шоссе», Бриг припарковал свой пикап около здания с неисправной неоновой рекламой хлопьев «Коорз». Взглянув на лежащий рядом потертый чемодан, он ухмыльнулся и выбрался наружу.

Улицы Сэлмона были полны народу; взгляд Брига с легкостью отличал туристов от немногочисленных аборигенов Сэлмона. Приближаясь ко входу в бар, Бриг по пути сбивал пыль со шляпы и костюма. А ведь он выходил сегодня поутру из дома, и одежда, и неизменный стентон были совершенно чистыми.

После яркого света июльского дня интерьер бара казался чересчур мрачным. Бриг даже остановился у дверей на минутку, чтобы глаза привыкли к темноте. Музыкальный ящик в углу наигрывал песенку в стиле «кантри» о человеке, который имел обыкновение каждое утро целовать ангела. В этот ранний час в» баре почти никого не было, только два посетителя сидели около стойки на высоких табуретах, положив локти на резную дубовую панель.

Они мельком взглянули на вошедшего, после чего возобновили прерванную беседу.

Бриг прошел к дальнему концу стойки и тоже опустился на высокий табурет, зацепившись каблуками за латунную подставку для ног. За стойкой тоже никого не было, хотя из служебного помещения доносились голоса.