Дора Сергеевна воскликнула с преувеличенным пафосом.

- О чем мы тогда ещё рассуждаем, коллеги?!

Сосед её тут же возразил.

- Конечно - о чем? За диагнозом вялотекущей шизофринией сейчас кто только не прячется! От серийных убийц и маньяков до депутатов Госдумы! Наш пациент убил одного человека, а через несколько лет придушил в палате другого! Вяло текущая шизофрения!... Надо его ещё хотя бы годик-другой понаблюдать.

Но с Дорой Сергеевной так просто было не справиться, когда она "заводилась", она парировала резко:

- Если он и убил, то уже отбыл срок наказания! К тому же, речь идет о службе в армии. В период афганской войны! Они же все оттуда вернулись ненормальными!

Профессиональные споры, быть может, вновь вспыхнули, но комиссия провела в дискуссиях уже два часа, и Председатель оборвал:

- Коллеги, мы повторяемся. Марк Семенович Лурье как лечащий врач высказал свое мнение. Попробуем вынести свой вердикт...

За два часа работы никто из членов комиссии не сказал о главном - все психиатрические учрежденияв России на сегодняшний день были катастрофически переполнены так же, как тюрьмы и лагеря! И если для уголовников искали возможность осторожных, частичных амнистий, то душевно больных старались выпускать при малейшей надежде на их выздоровление. Амнистировали - мелких хулиганов, преступников по неосторожности и фигурантов для общества малоопасных. Больных выпускали по такой же схеме. От уголовников ждали, что они исправяться, а касательно больных - верили, что опасные рецедивы не повторятся.

Председатель сделал паузу, чтоб подчеркнуть серьезность момента.

- Я согласен с Дорой Сергеевной. Марк Семенович заверяет нас, что Григорий Нестеров не представляет из себя опасности для общества. Мы не вправе не доверять мнению уважаемого коллеги. Я позволю себе не ставить вопрос на голосование, большинство уже поддержало положительное решение вопроса. Категорические возражения у кого-нибудь есть?