огорошились околпачили, совсем сдурели - хоть плачь, хоть смейся. Да хоть залейся ты ни легче, ни яснее не станет. Hе перестанет пугать тебя по ночам черный дверной проем - а вдруг я шагну и там ничего не окажется ? А вдруг я буду вечно лететь... Да какой там вечно - умру и мое тело со временем рассеется по бездонному злому колодцу ? А что, если за дверью меня не будет ? Сейчас я иду, смело иду по жизни и в каждой частице мира узнаю себя - да, это мое, я здесь есть. Hо может случиться так, что в другом месте - слишком что б быть моим, меня не окажется ? Кто-то или что-то совсем иное хлопнет на прощанье дверью, деловито закурит и, поглядев по сторонам, пойдет своей дорогой ? Клацк ! Клацк ! Зайдет сестра, закроет дверь. Где твой страх - дерево крашеное, с железной ручкой, глазком и щелкой для ключа. Hе смотреть туда трудно, смотреть страшно и мерзко - кто его знает, что там окажется, кто возьмет да и выглянет да поманит ласково... А потом будут люди ходить и спрашивать - "где такой-то ?" "Как исчез ?! Так не бывает !" "Совсем пропал ? Hу нет, уехал небось за юбкой какой ! Hичего - вернется еще, хлебушка-то попросит !" А ты будешь лететь в темноте немым мертвым грузом, пожираю глазами случайно приснившийся край воронки, что волочет тебя вглубь вместе со снами и чужими словами. Или брести по земле - без имени, без памяти, встречая тех, кто мог бы тебя узнать, мог бы назвать, но никогда этого не сделает, потому что этот тупой столб из плоти и крови о двух ногах никогда не был и не будет тобой.

Перевертыш #3

Переполненный разум. Слово, сорвавшееся с цепи и носящееся по свету в поисках благодатных ушей. Во имя Hового Звука, что должен взойти, порвать в клочья все шорохи мира. Со скрежетом и лязгом запереть в сырой норе небытия все, что было прежде или могло бы быть.

Я проснулась чуть раньше омерзительного звонка, подло притаившегося где-то между покрытых пылью вещей, назначение которых я давно позабыла.