Учитель к нему:

- Идите-ка сами к доске.

Самохин посмотрел на него голубыми глазами, весело выбежал из-за парты, взял у Нифонтова из рук мел и - раз-два-три - доказал теорему.

- Ну вот, видите, можете же учиться, - ласково сказал математик.

- Да… Только отстал я, пропустил много, трудно теперь…

- Догоняйте. Вы способный. Я помогу. Приходите ко мне домой.

На перемене Самохину стало вновь радостно. Сказал Корягину:

- Лаблады-хабалды! Я вас, оболтусов, всех перещеголяю.

Бросились наперегонки к баку пить воду. Самохин нацедил полную кружку. Кто-то под руку - раз, кружка - бряк, и вода - по паркету.

- Ха-ха! Хо-хо! Ги-ги! Берегись! Индийский океан! Ла-Манш! Па-де-Кале!

- Кто? - подбежал надзиратель Попочка. - Кто воду разлил? - Схватил за плечо Самохина: - Ты?

Самохину весело. Решил пошутить. Спросил:

- Какую воду?

- Из бака. Не видишь?

- Эту? - показал Самохин на лужу и пожал плечами: - Разве это вода? Что вы…

И шепотом, точно хотел сообщить великую тайну:

- Это слезы… Мы сидели и тихо плакали. Целым классом наплакали…

- Нахал! Набезобразничал да еще и кривляешься, - обиделся Попочка.

- Ничего подобного, - спокойно ответил Самохин. - Я не нахал. Я весьма симпатичный.

Он прислонился спиной к стене, опустил руки по швам и сказал весело:

- Вот я уже и в углу. Хорошо?

- Ну и стой до звонка, олух.

Попочка хотел еще что-то сказать, видимо, очень едкое, злое, но в конце коридора раздался шум, и он вихрем помчался туда. Самоха за ним.

Попочка оглянулся, остановился.

Самохин посмотрел на его нафабренный чубчик и острый носик в больших очках и сказал совершенно спокойно:

- Виноват. Воду разлил не я.

- А кто?

- Она сама…

- Опять с глупостями?; - побагровел Попочка.

- Честное слово. Весь класс бежал… Воздух дрожал… Кружка покачнулась и…