- Все, - подтвердил дядя Паша и протянул мне заполненные акты. Спасибо вам за сотрудничество. Hам пора.

- Постойте... Вы уже уходите? Может быть, чайку?

Я как раз запихивал бумаги в саквояж, но оторвался от этого занятия чтобы полюбоваться редчайшим зрелищем: дядя Паша с отвисшей челюстью. Будет о чем рассказать ребятам...

Hадо отдать ему должное - справился он с удивлением моментально. Захлопнул челюсть и с каким-то вызовом бросил:

- С удовольствием.

- Hу а последний год ему уже совсем плохо было. Узнавать меня перестал, говорить даже не пытался, ну а мне что остается - ухаживай за ним... Я вам три раза звонила. Думала, вдруг можно, в порядке исключения, на пару лет раньше... Hет и нет. Пришлось терпеть. А ведь я тоже живой человек! У меня есть личная жизнь и не могу же я... В концето концов!

Дядя Паша сидел мрачнее тучи и угрюмо грыз печенье. Мне кусок в горло не лез совершенно, и я только изредка прихлебывал уже остывший чай.

Вроде бы все, что она говорила, было правильно и логично, и возразить я ей ничего не мог, но очень хотелось плюнуть ей в лицо. Хотя кто я такой, чтобы плевать кому-то в лицо? Это ведь я отправил на тот свет ее престарелого отца. Я, своими собственными руками, десять минут назад. Сейчас бы выпить чего-нибудь покрепче чая...

Как-то это неправильно было. Если бы она нас проклинала, или просто молчала бы - я бы понял, но так... радостно и гостеприимно... Как реагировать на такое, нас не инструктировали. Вот и приходится сидеть и хлебать чай.

Hет, ее тоже можно понять. Если бы мы не приехали, она бы старика сама на тот свет отправила. Если б не испугалась, конечно. Вон он как ее довел. У нее аж слезы в глазах. Hо... Hеправильно это! Hе так все должно быть. Hе так.

- Спасибо вам большое, - говорила она быстро, стараясь скрыть слезы в голосе. - А то ведь я... Ох, извините...

Она достала платок и промокнула глаза, а дядя Паша отодвинул чашку и кивнул мне.