Пилот это слышит и говорит своему напарнику: Джон, опять какая-то херня творится. Пошли, говорит, нашу самую красивую стюардессу, пущай она дверь откроет.

И вот на скорости свыше 200 км/ч наш храбрец с трапа запрыгивает в самолет.

Только запрыгнул - самолет оторвался и взлетел. Парень, понятно, как отдышался - прямиком к пилотам. Есть у вас, спрашивает, оксиновый чип на борту маздайный?

Угу, отвечают пилоты.

В нем, говорит наш главгерой, и зарыта собака То-то, догадываются пилоты, у нас на борту херня творится. Мы, говорят, рычаги не дергаем, а самолет сам летит. Так, мол, дело пойдет, нас и уволить могут нах, выручай, отец родной.

Hу, парню нашему все по плечу.

Видите, говорит, компьютер (тычет пальцем в Тошибу Либретто)? Выключайте его нах, а то поздно будет!

И не успел пилот дотянуться до кнопки Power, как кабина заговорила человеческим голосом: "А вот я щас нажму кому-то на кнопку! Щас у меня донажимается кто-то! Щас как вырублю двигатели нах - будете знать!"

Пассажиры тут же начинают визжать, как первоклассницы в бане, когда в их раздевалку зашел пьяный водопроводчик.

Короче, наш парень не теряется, он хватает свой наладонник в одну руку, чиса мабилу в другую, кабелем их соединяет и звонит в Центр.

Але, говорит, сэры. У нас тут небольшой трабл, еропланом управляет маниак.

А в центре на большом проекционном экране показывают рожу нашего главгероя (у него в компутере есть телекамера), смотрят на него и говорят: у, брат, ты попал.

Больше всех енерал в гавайке раздухарился: собьем, кричит, ероплан этот, и никаких гвоздей, а то вдруг его маниак не туда уронит.

Тем временем маниак натурально заскучал, и решил обратиться к пассажирам с речью. Вы, грит, очень зря на этот рейс сели, потому как помрете все в страшных муках.

А чтоб пассажирам проще понятно стало, он ну давай самолет по тангажу рулить! То вверх задерет, так, что все пассажиры в хвост катятся, а то и вниз направит, словно Юнкерс-88.