Ворон выпорхнул в дверной проем, едва не задев макушку коренастого, заросшего волосами человека с повязкой на одном глазу. То был Спэгг, торговец «руками славы», с некоторых пор ставший товарищем и помощником Солдата.

Лайана сказала:

— Клянусь богами, однажды мы приготовим из этой птицы воскресный обед… Муж мой, я пришла сказать, что буду ждать тебя в своем шатре. Если ты пожелаешь меня… — Невзирая на присутствие Спэгга, Лайана заговорила об интимных вещах, произнося слова, предназначенные только для ушей мужа. Лайана провела всю жизнь в окружении рабов и слуг, заполонявших комнаты ее дворца, и не обращала внимания на присутствие столь низменных существ, как Спэгг. Она относилась к подобным субъектам так, словно их вовсе не существовало, словно они были пустым местом.

Спэгг что-то тихо бормотал себе под нос, пока принцесса убеждала мужа явиться к ней в опочивальню и заняться любовью.

— Сердце мое, — закончила она сладким голосом, — я буду принадлежать тебе, если ты хочешь меня.

Бормотание Спэгга сделалось несколько громче.

— Замолчи, Спэгг, — сказал Солдат, — ты мне мешаешь… Лайана, умоляю! Не надо говорить такие вещи на людях.

— На людях? — повторила Лайана, приподнимая брови. — А, ты имеешь в виду Спэгга?… Ладно, если я понадоблюсь, ты знаешь, где меня найти.

С этими словами она вышла из шатра. Нельзя сказать, что Лайана была злым человеком. Напротив. Она вышла замуж за Солдата, даже не зная, кто он таков, — просто чтобы спасти его от казни. У принцессы было доброе сердце, однако ее высокородное происхождение накладывало отпечаток на поведение. С самого детства ей внушили, что плебеи недостойны внимания, и Лайана не могла избавиться от этих предрассудков. Солдат любил ее до безумия, знал наперечет достоинства и добродетели принцессы, которым не было числа. Однако подобные выходки до сих пор обескураживали его.