Каким конкретно способом и где именно будем развлекаться, нам не объяснили. В конце инструктажа, когда товарищ Иванов разрешил задавать вопросы в "любом количестве, но не больше трех", данный интерес он мастерски игнорировал.

– Локализация и специфика летных заданий в настоящий момент находится на этапе доуточнения. Еще будут вопросы? Если нет, прошу незамедлительно проследовать на летное поле сектора и заняться получением матчасти. Вас ждет легкий авианосец "Дзуйхо", временно переданный в мое... наше распоряжение.

Наш старенький самурай стоял на бетонке – не нашлось ему места в подземных капонирах. Начавшийся снегопад (в районе Новогеоргиевска зимой бывает мокрый снег, хотя вот и джунгли, вроде бы, совсем под боком: чего хотеть от планеты с названием Грозный!) выбелил его чело, так что на вид корабль стал седым и совсем дряхлым.

Когда мы – семеро смелых – шестерка пилотов во главе с капитаном Александрой, шли сквозь размеренную космодромную суету, пелена снегопада в стороне от "Дзуйхо" пришла в движение. К небу устремились могучие шлюзовые створки, и предвечерний сумрак загустел черной тенью.

Она вздымалась все выше, рождая тектоническую вибрацию. Наконец, наружу выплеснулось пламя и могучий рев, которые подняли тень выше, еще выше и еще. И вот над головами поплыло, потянулось бесконечное бронированное брюхо, выкрасившее вечерний снег светом дюз и габаритных огней.

"Дзуйхо" совершенно потерялся на фоне собрата по небесной тверди, а мы дружно ухватились за головные уборы, которые рвал ураганный стартовый ветер.

– Во дают! – Восторженно закричал Ревенко. – Авианосец "Слава"! Силища!

– Красота неземная, – широко улыбнулся Кутайсов. – Но, говорят, его еще с полгода доводить будут.