— Ничего, папа, — ответил Теппик, глядя на добродушное, озадаченное лицо отца. — Сковородка была просто замечательная. Она мне страшно понравилась, — заверил он.

— Ах так. Ну что ж, хорошо… — Его величество вновь коснулся сыновнего плеча, задумчиво, как человек, барабанящий пальцами по столу в надежде поймать ускользающую мысль. Наконец его как будто осенило.

Слуги привязали сундук, возница терпеливо держал распахнутую дверцу.

— Когда молодой человек отправляется в мир, — начал его величество довольно неуверенным тоном, — крайне важно, чтобы он не забывал… Дело в том, что мир велик, и в нем множество… И уж конечно, в большом городе, где помимо прочего…

Он умолк, сделав рукой неопределенный жест.

Теппик ласково поглядел на отца.

— Хорошо, хорошо, папа, — сказал он. — Верховный жрец Диос объяснил мне, что главное — не забывать регулярно принимать ванну и смотреть, куда идешь.

Теппицимон, прищурившись, посмотрел на сына.

— Надеюсь, у тебя со зрением все в порядке?

— В полном порядке, папа.

— Что же, прекрасно, — сказал царь. — Прекрасно, прекрасно. Искренне рад.

— Наверное, мне пора ехать, папа. Иначе я пропущу прилив.

Его величество кивнул и порылся в карманах.

— Тут у меня было кое-что, — пробормотал он, вывернул карман наизнанку, и в ладони у Теппика оказался маленький кожаный мешочек.

Теппик опустил подарок в карман. Его величество уже привычным жестом потрепал сына по плечу.

— Это тебе на дорогу. — Он понизил голос: — Только тетушке не говори. Впрочем, она уже отправилась отдыхать. Переживания подточили ее силы.

Теперь Теппику оставалось только принести в жертву цыпленка у подножия статуи Куфта, основателя Джелибейби, дабы мудрая рука предка направляла его стопы в этом мире. И хотя это был всего лишь маленький, тощий цыпленок, когда Куфт вполне насытился им, цыпленка подали царю к обеду.