Мы вышли из галдяще-стреляющей, да к тому же еще и ужасно душной «Омеги» под ласковый летний ветерок и облегченно выдохнули.

— Как думаешь, быстро она ответит? — спросила Катька.

Я пожал плечами.

— Может сразу, а может и через день... Когда почту откроет, когда соизволит написать ответ. Если вообще соизволит... А что ты ей, кстати, написала? — Я задал вопрос как бы между прочим, с деланным равнодушием, хотя, если честно, мне это было очень интересно.

Теперь пожала плечами Катька.

— Да так... Слушай, давай действительно поедим где-нибудь! У меня ведь и правда ничего не сготовлено. А на обратном пути снова заглянем в «Омегу», посмотрим, что там пришло или нет.

Я в общем-то был не против. Да и есть уже определенно захотелось. Но я немного обиделся на Катьку за какие-то секреты от меня, поэтому только хмуро кивнул.

Катюха заметила мою реакцию, задорно рассмеялась и трепанула мою шевелюру.

— Перестань дуться! Сейчас сядем в кафешку и я все тебе расскажу! У меня как раз сформировались кое-какие идеи.

Ишь ты! Идеи у нее сформировались! Интересно, однако.

Мы сели за красный пластмассовый столик в открытом кафе, заказали по окрошке, по шашлыку и по пиву. Когда официант отошел, Катюха заговорщицки посмотрела по сторонам, приблизила свою голову к моей и сказала глухим голосом:

— Я написала ей: «Привет, Люси! Куда пропала? Если срочно не ответишь — пеняй на себя!» И подписалась: «Катерина».

— Она же тебя не знает!

— И не надо! Я хочу посмотреть на ее реакцию. Если с тобой она просто играет, то и я поиграю с ней. И вот тут уже будем смотреть: ответит мне что-нибудь вроде «девушка, вы ошиблись» — это нам ничего почти не даст, а вот если начнет играть и со мной, тогда это у нее в крови, и почти наверняка можно ни о каком «другом Максиме» не переживать! А вот если она сумасшедшая — то ответить должна тем более, и думаю, что я смогу подтвердить ее диагноз процентов на восемьдесят.