— С нами есть не хочет!

— У них там свой клуб, — заметил Хигс.

— Эй, Бишоп! — постарался перевести разговор с этой темы на более приятную Дитрих. — Я думал, ты никогда не промахиваешься, а ты, оказывается, порезался! — Он вытер со стола пару капель белесой жидкости.

Рипли внимательно посмотрела на Бишопа и отвела глаза. Все те же воспоминания заставили ее слегка содрогнуться.

— Почему меня не предупредили, что у нас на борту робот? — резко спросила она.

— Я даже не подумал, — растерянно пожал плечами Берт. Ему казалось, что поднимать шум (а именно это пробовала, на его взгляд, сделать Рипли) из-за такой ничтожной причины было смешно. — У нас это обычная практика — мы всегда берем с собой синтетических людей.

— Я лично предпочитаю термин «искусственных людей», поправил биоробот Бишоп.

— Хорошо, — согласился Берт.

— А что, какая-то проблема? — Бишоп присел на свободный стул.

— Я даже не знаю, почему я…

«… должен оправдываться», — хотел сказать Берт, но Рипли его перебила:

— Потому что во время последнего моего полета искусственный человек на борту корабля…

— Корабля Рипли, — уточнил для Бишопа Берт, -… испортился, и возникла кое-какая проблема.

— Да, испортился, и несколько человек погибли, — сухо добавила Рипли.

— Какой ужас! — произнес Бишоп. — Это, наверное, была старая модель?

— Да, система «Гипергамм — 12-82», — пояснил Берт.

— Тогда все понятно, — не без затаенной гордости (что поделать, и искусственные люди не лишены своих слабостей) сказал Бишоп, 12-82 были очень капризные. Со мной такого произойти не может. В нас закладывают программу, специально рассчитанную на то, чтобы мы ни в коем случае на могли причинить вред ни одному члену экипажа и вообще ни одному человеку. Хотите хлеб?