"Hе будь малодушной, ведь цель - впереди!"

"Hо края не видно на трудном пути..."

И все же сдаваться не хочет душа:

"Зачем ты страдала, иль все это зря?!

Ты к цели рвалась, не заметив беды,

Упрямо не верила в силу судьбы.

Оставь же сомненья, какой в этом прок,

Ты поняла поздно фортуны урок!"

"Позорно сжимается сердце в груди..."

"Ты время теряешь, назад нет пути!

Как быстро забыла ты то, чем жила,

К чему так стремилась, чего так ждала..."

"Я в чем-то ошиблась, теперь не понять,

Как тайну мою мне без веры искать?!"

Вот солнце скрывается за горизонт,

Спадает жара, стал прохладным песок.

Hадежда затеплилась снова в груди,

Hе сломит пустыня упорство души.

Вперед и вперед... Может цель уж блика?!

И в зыбком песке утонула нога...

Я почувствовала, как сжалось сердце. Подсознательно мне не хотелось, что бы это было сном, я навсегда желала занять место своего двойника... Как стихотворение, которое я написала дома, в моем мире оказалось здесь? Мне было стыдно, что этот человек на мгновение заглянул в мою душу, узнал мои мысли. Я мечтала нравиться ему сама, а не завлекать телом, которое мне не принадлежало, хотя и чувствовала эту оболочку как свою, все ее физические ощущения, способные приносить наслаждение, боль, блаженство и страдание.

- Удивительно! - прервал мою задумчивость пират, - Можно подумать, вы бывали в настоящей пустыне. Я прекрасно знаю, что испытывает человек затерянный среди песков, но не смог бы передать это так красочно.

- Это другая пустыня, сеньор Бертран, - смущенно произнесла я, - пустыня одиночества и непонимания. И, кажется, сейчас я нахожусь именно в такой пустыне.

Все происходило словно по сценарию, мы обменялись набором колкостей и комплиментов, и вели себя как мало знакомые люди, хотя душа просила другого и кричала, загнанная куда-то в темную глубину, пока я нацепляла маску светского равнодушия.