— Элли, я открыла тебе душу и сердце, а ты сомневаешься?!

Элли усмехнулась.

— В кого, скажи на милость, ты могла бы влюбиться в этом унылом Белфилде?

— А ты не разболтаешь мой секрет?

— Я ведь уже поклялась тебе, что буду молчать как рыба.

— Это лорд Макклсфилд.

— Сын маркиза? — воскликнула Элли. — Виктория, да ведь он же граф!

— Тише ты! — прошипела Виктория и покосилась в сторону кабинета отца. Не хватало еще, чтобы он вышел и поинтересовался, о каком графе они говорят. — Я и без тебя знаю, что он граф.

— Ты с ним даже не знакома. Он был в Лондоне, когда нас водили представлять маркизу в Каслфорд.

— Я встретила его сегодня.

— И тут же решила, что влюблена? Виктория, только поэты и дураки влюбляются с первого взгляда.

— Ну, значит, я дурочка, — важно изрекла Виктория, — поскольку, видит Бог, у меня нет склонности к поэзии.

— Ты просто сумасшедшая, сестричка, просто сумасшедшая!

Виктория выпрямилась и глянула на младшую сестру сверху вниз.

— Если честно, Элеонора, мне кажется, я еще никогда не вела себя так разумно, как сейчас.

Ночью Виктория долго не могла уснуть. Когда же она наконец задремала, ей приснился Роберт.

Он целовал ее — сначала его губы нежно коснулись ее губ, потом продвинулись по щеке к шее. Она слышала, как он шепчет ее имя: «Виктория… Виктория…»

Сон мигом слетел с нее.

— Виктория…

Похоже, она все еще спит.

— Виктория…

Она вылезла из-под одеяла и выглянула в окно, которое находилось прямо у кровати. Он был там.

— Роберт?

Роберт улыбнулся и чмокнул ее в нос.

— Он самый. Признаться, я рад, что у вашего дома всего один этаж.

— Роберт, что вы здесь делаете?

— Схожу с ума от любви к вам.

— Роберт! — воскликнула Виктория, с трудом удерживаясь от смеха и невольно поддаваясь его настроению. — Но если серьезно, милорд, ответьте мне, что вы здесь делаете?