— Должен сознаться, — сказал он, — что я давно не был так любопытен, как теперь по отношению к этому завещанию. Ведь выяснит же оно, наконец, отношения Буонотти к венецианскому разбойнику. Жаль, что уже поздно, ну да, впрочем, успею и завтра.

На следующее утро в самый ранний час Шерлок Холмс появился у следователя.

— Вы будете разочарованы, уважаемый мистер Холмс, — обратился к нему следователь, — Буонотти умер уже вчера вечером, не успев еще сознаться во всем.

— Это ужасно жаль, — ответил знаменитый сыщик в удручении, — я надеялся наконец добиться ясности по поводу его отношений к пресловутому разбойнику.

— Значит, вы все еще убеждены, что это два разных лица? Ну, как вам будет угодно! Я вам прочитаю завещание, продиктованное мне Буонотти незадолго до его смерти. К сожалению, оно очень коротко, так как смерть застигла его за ним.

Следователь вынул из ящика письменного стола бумагу и уселся в своем кресле поудобнее.

— Так слушайте же! — сказал он, — я убежден, что вы скоро измените ваше мнение о разбойнике.

Шерлок Холмс не последовал приглашению присесть, он в волнении ходил по комнате, как делал всегда, когда его сильно занимала какая-нибудь мысль.

— Прежде всего, — читал следователь, — я признаю, что я известный венецианский разбойник. Я совершил взлом в вилле князя Тамара, ударил его ломом и сильно изранил ого. Далее признаю, что я пробрался в музей древностей и присвоил себе найденные при мне драгоценности. Далее признаю, что во время этой кражи я ударил английского сыщика и пытался его убить. Это единственное деяние, в котором я не раскаиваюсь, напротив, я сожалею, что покушение на это убийство мне не удалось.

Худощавое лицо великого сыщика озарилось веселой улыбкой.

— Вы уж извините, мистер Холмс, — вставил следователь, — что я читаю вам и эту фразу, но она включена в завещание вследствие настойчивого требования преступника.