Одинокий Семен хватил ковшик браги и подался на огород. За забором разгуливала растелешенная Клава. Слово за слово, Кузьмич зазвал ее в гости. Разведенка на беду оказалась большой крикуньей. Антонов даже забеспокоился: как бы на улице не услышали. Но опасность поджидала с другого боку. Любопытный полторгей подглядел, чем занимался хозяин под покровом темноты, заманил в гости домовушку и научил всему, что сумел расслышать и запомнить. Всю-то ноченьку полторгейша визжала и выкрикивала слова любви, бессмысленные в устах нежити, но ярко изобличающие хозяина дома. Вот тогда Семен испугался по-настоящему.

Если до возвращения Зинаиды Ивановны новая игра не наскучит домовому, то всему конец. Ему ли не знать характер супруги? Но как отвлечь полторгея? Чем заинтересовать?

Из своего личного опыта и рассказов знакомых Кузьмич знал: от блуда может отвлечь лишь одно средство - пьянка. И не просто пьянка, а запой. Но пьют ли домовые, понимают ли толк в хмельном зелье? Сумеют ли отличить запой от обычного ужина? Пьянка должна быть образцово-показательной, доступной по форме и занимательной по содержанию, чтобы и домовым захотелось повеселиться.

Семен рассудил, что для образца подойдет бражка, для показательности требуется собутыльник, для доступности нужно подбросить банку бражки в подвал, а для занимательности спеть популярные песни. Вот только с напарником проблема. Мужиков-то знакомых в Нахаловке у него раз, два и обчелся. Не успел еще дружками обзавестись. Кузьмич пораскинул мозгами и понял, что кроме Петра Изместнева и пригласить некого...

- Привет, Кузьмич, с чем пожаловал? - спросил Изместнев, открывая калитку и приглашая соседа пройти во двор. В руке он держал вилы, которые тут же отложил, с надеждой глядя на гостя. - Или имеешь конкретное предложение?

- Имею, - признался Семен. - Зинаида Ивановна укатила на севера, а у меня как раз бражка поспела. Вот и зашел узнать, как ты насчет уговорить баночку.