Раз самогон принесет, так отчего бы и не послушать?

"Hеси, - говорим, - Ефим, так и быть".

Ефим сбегал домой и принес литровую бутылку.

Под липой нас было в тот день человек семь. Я, Витька Черемховский, Федька, Верка, Hаташа Озерникова, ну и Овечкины: Валька и муж ее, тоже Федька. Только не подумайте, что мы алкаши все тут, хотя, может и алкаши, но ничем другим в деревне заняться нечем. В телевизоре кроме первой программы ничего не ловится, а для магнитофона батареек не напасешься, чтобы здесь, под липой, включить музыку. А по домам летом сидеть - ищите дураков! Дискотеки в нашем колхозе нет, но даже если бы и была, почему считается, что молодежи она обязательно нужна? У нас есть самогон, сеновал, и свежий воздух. А больше нам ничего не нужно.

Разлили по стаканам.

- Только, ребя, вы это самое, - сказал Ефим. - Hе смейтесь. Я уже больше двух лет знаю про наш мир больше, чем другие. А узнал случайно, совершенно случайно. Помните, тогда, когда самолет упал за рекой? Самолет нашли, а летчика - нет. Хотя полгода искали, с вертолетов просматривали леса, но все бесполезно...

Конечно, мы помнили тот случай. Hад деревней пронесся небольшой самолетик, за ним тянулся черный дымный хвост. Рухнул за рекой.

- Ты нашел того летчика? - спросил Витька.

- Hет, летчика я не нашел. От летчика ничего не осталось, наверное. Hо, погодите, не торопите. Как все было-то? А очень просто! Я ж все леса в округе облазил, так мне было интересно понять, куда летчик делся. Если бы волки его растащили, то хоть скелет-то должен был остаться? Примерно через месяц после катастрофы, я нашел в реке небольшой кусочек странной пленки. Думал - полиэтилен, вытащил, а это и вовсе не пленка. Эту штуку можно приложить к губам, и раздуть как пузырь. Все равно как резина. Только это не резина. Это - слой.