Расстояние 200 ярдов.

По лицу прижавшегося к командирскому перископу сержанта стекают крупные капли пота.

- Огонь!

Внутри "тигра" раздается грохот, сотрясающий перепонки. Застигнутый врасплох, судорожно рыча, он разворачивается на узкой улице. За это время "шерман"

успевает выстрелить еще трижды. Hад бортом "тигра" поднимается струйка дыма, затем быстро взвивается язычок пламени. Обрадоваться сержант не успевает, раздается ответный выстрел и он перестает что-то видеть. "Тигр" промахивается и английский танк оказывается по верхушку башни заваленным обломками рухнувшего дома.

Когда ерзая вперед-назад "шерман" выдирается из под обломков кирпичей, его командир с надрывом отжимает крышку люка. Он слышит запах горящего бензина, видит пустую, затянутую дымом и перегороженную пылающими машинами улицу. Hа борту одного из бронетранспортеров надпись "Сталинград". "Тигра" нигде нет.

Дрожащей рукой сержант вставляет в рот сигарету, и пытается ее зажечь, одну за другой ломая спички.

- Я протестую против явного обмана, когда дело касается этого вопроса!

Шум на задних скамьях. Стук председательского молотка. Черчилля сегодня нет, в возобновившихся дебатах его заменяет военный министр. Оппонент прежний, тот самый Ричард Стоукс, предложивший для сравнения доставить в парламент по одному танку воюющих армий.

- Собственно говоря, - подводит он итог, - мы сейчас так же отстаем от немцев, как и в 1940-м году. Я утверждаю, что такое положение позорит нас.

Военный министр подбирает слова. Возникшую паузу заполняет реплика с места:

- Достопочтенный член парламента все свое время потратил на то, чтобы сделать все, что в его силах, для нанесения урона престижу английской армии!

- Моя критика основана на неопровержимых фактах!

Секретарь заносит в протокол: "Смех в зале"

- Достопочтенным членам хорошо смеяться, - заявляет Стоукс, - но солдаты гибнут.