Вот, в моих руках подлинное письмо, которое я получил от одного из членов экипажа танка "Черчилль"... "Мы чувствуем бессилие, вступая в бой. Пушки немецких танков расстреливают нас раньше, чем мы успеваем выйди на минимально приемлемую дистанцию. Господа из штабов наверно полагают, что имея численное превосходство, можно пренебречь отставанием в технике. Hо когда дело доходит до боя, численное превосходство перестает иметь значение. Я знаю, что количество танков, имеющихся в резерве, позволяет нам жертвовать шестью танками на один уничтоженный танк противника, но это для нас слишком слабое утешение, потому что жертвуя танком, жертвуют и экипажем. Пускай сам господин военный министр приедет к нам и повоюет на одном из этих проклятых ящиков".

Голос спикера:

- Сэр Стоукс, я уже третий раз слышу от вас употребление сквернословия!

- Я просто цитирую прямую речь тех, кто был на поле боя!

Шум в зале.

- Очнитесь! Вы живы, мсье?

Капитан Пэт Дейнс открывает глаза. Солнечные свет бьет через отверстие распахнутого башенного люка. Ему кажется, что его легкие наполнены только угарным газом.

- Да, - с хрипом вырывается из него. - Помогите мне.

Девушка тянет его на себя. С ее помощью капитану удается выбраться из дымящегося "кромвеля". Картина, предстающая его слезящимся глазам, не вызывает оптимизма. Hа улице Виллер-Бокажа горят английские танки. Какая-то часть его разума беспристрастно фиксирует номера танков своей штабной группы. Они здесь все.

- Спасибо, мисс.

Опираясь на плечо девушки, он делает несколько неуверенных шагов. В приближающемся шуме мотора Дейнс угадывает "шермана". Майор выходит на середину улицы и поднимает руку. Подъехавшему танку досталось меньше чем другим, хотя он и усыпан почему-то обломками кирпичей и черепицы.

- Рацию мне, - говорит капитан откинувшему люк стрелку. - Связь с подполковником Кренли.

Он кажется взволнованным, но все-таки вменяемым. Hастраивая рацию на нужную волну, стрелок мимоходом вспоминает увиденную в "Таймсе" фотографию русского пехотинца, подпись под которой сообщала, что он был единственным уцелевшим человеком из своей роты.