Опасаясь, что ее догадка подтвердится, Рахиль Михайловна вошла в комнату. Такие же девственные прямоугольники были на месте телевизора, видеомагнитофона, коробки с пылесосом и ковра, висевшего на стене. Догадка подтвердилась, и даже очень.

– Моня, нас обокрали, – тихо сказала Рахиль Михайловна.

Моня, не произнося ни слова, почему-то на цыпочках подкрался к шкафу и, затаив дыхание, распахнул дверцу.

– Слава богу, – облегченно выдохнул он, – какое счастье!

Счастье заключалось в Мониной коллекции спичечных коробков, состоящей из семисот пятидесяти двух единиц. Счастье заключалось в том, что эту коллекцию Моня собирал сорок лет, даже несмотря на некоторое непонимание со стороны Рахили и противопожарную безопасность. Счастье, наконец, заключалось в том, что все единицы были на месте. В отличие, например, от каракулевой шубы, которая еще утром висела в соседнем отделении шкафа.

– Нет, вы посмотрите на этого идиёта! – Рахиль Михайловна воздела глаза к потолку. – У него сегодня большое счастье!

Воздевая глаза к потолку, Рахиль Михайловна еще не знала, что ее ждет очередной удар. Во-первых, на потолке не было хрустальной люстры. Во-вторых, в потолке зияла огромная дыра. Она зияла в том месте, где с чердака выходила труба отопления. Сантехники еще две недели назад раздолбали эту дыру, чтобы поменять трубы, и ушли за инструментом, временно прикрыв пустоту листом фанеры. Фанера тоже отсутствовала. Это было уже слишком.

– Ничего не трогай, – деловым голосом распорядилась Рахиль Михайловна, – здесь могут быть отпечатки пальцев.

Взяв телефонную трубку через носовой платок, новоиспеченная потерпевшая стала звонить в милицию.

Их Честь вернулись после перерыва в хорошем настроении. На чем мы там остановились? Ах, да – обвинительное заключение. Уже прочли? Тогда будем исследовать доказательства. Прямо сейчас и начнем – полно и всесторонне, объективно и беспристрастно.