- Я хотела... - запинаясь, начала собеседница. Замолчала и неожиданно сгорбилась, спрятав лицо в ладонях. Я не вмешивался, терпеливо дожидаясь продолжения. Давно прошли те времена, когда жалобные вздохи могли вывести меня из состояния равновесия. Да и потом, не доверяю я как-то подобным тщательно разыгранным спектаклям.

   - Моей жизни угрожают, - наконец, глухо призналась Таша, следя за моей реакцией через растопыренные пальцы.

   - Вот как? - с вежливым безразличием переспросил я. - Сочувствую.

   Глаза девушки яростно и зло блеснули, и она напряженно выпрямилась в кресле, одарив меня полным ненависти взглядом. Я ответил отстраненной улыбкой, заставив собеседницу побледнеть от тщательно сдерживаемого бешенства. Замечательно, а какой реакции она от меня ожидала? Что я, прельстившись ее фигуркой и смазливым личиком, схвачу меч и побегу убивать неведомых обидчиков? Милая девочка, я не был бы некромантом, если бы с малых лет не научился ставить разум превыше сиюминутных порывов и телесных желаний.

   Естественно, вслух я ничего не стал говорить. Лишь вальяжно развалился в кресле, с искренним любопытством ожидая продолжения представления.

   - Люди говорили, что у вас сейчас тяжелое финансовое положение, - вновь перешла на сухой официальный тон Таша, с демонстративным презрением окидывая взглядом довольно бедную обстановку кабинета. Я задумчиво почесал подбородок, только сейчас заметив влажные разводы на стенах. Надо же, и тут крыша протекает. Этим летом дожди превратились в настоящее стихийное бедствие.

   - Возможно, - не стал отрицать я очевидного.

   Гостья перевела взор на меня и фыркнула, будто недоумевая, что она делает в столь жалком месте. Я в свою очередь нахмурился. Еще чуть-чуть, и несносная девчонка с треском вылетит из замка. У каждой наглости и нахальства должны быть определенные пределы.

   - Я бы хотела нанять вас, - продолжила тем временем Таша, словно не замечая моего недовольства.