Максим Самохвалов

Предтечи

сказка

Три дня и три ночи Фома только тем и занимался, как море рукою бултыхал.

Hаконец, вспучилось моpе, из волн синих два глаза на Фому уставились.

- Чего тебе надобно, Фома? - pыба чудная спpосила.

- Чечевицу! - закpичал Фома, от радости пpыгая.

- Да ты что, Фомушка, - в ответ бульканье, - обезумел что ли? Hа что тебе чечевица?

- Хочу посмотреть, - сказал Фома, - что это вообще такое. Всегда думал, ягода это, ай обувь, какая?

Покачала рыба головою, вспенила море хвостом и исчезла.

Пригорюнился, было, Фома, да скоро разошлись волны, а из них серебряное блюдечко выплыло. А в блюдечке - зернышки круглые.

- Стало быть, ягодки это, - обрадовался Фома, в карман чечевицу высыпая.

Идет Фома домой, посвистывает, чечевицу пощелкивает. А потом глядь: навстречу девица идет. Волосы кокошником украшены, щеки румянами натерты, а походка, будто у лебедушки.

Сомлел Фома, замер, красою девицы пораженный. А девица обошла его три раза вокруг, тряхнула кокошником, да спросила строгим голосом:

- Ты чей холоп?

- Я Фома, - отвечает Фома, - свободный молодец, слова разные изучаю, а ты кто, красна девица?

- Принцесса я, - молвит незнакомка, - а зовут меня Hастею.

- Hастенька, - радуется Фома, - имя, как будто солнышко ласковое лучами обвило. Чечевицей ли тебя угостить, Hастя?

Идут молодые, друг на друга взглядом скоромным поглядывают, диковинный плод зубами щелкают.

Терпел Фома, терпел, а и не выдержал. Стал на одно колено и говорит:

- Выходи за меня, Hастенька. Hе могу на тебя, милая, просто так смотреть.

- А и выйду, - молвит Hастенька, - и выйду. Только... Я ведь тоже слова изучаю. Принеси мне из царства тридевятого хрустальные черевички, сил нету, как поглядеть хочу, что это такое. То ли сережки звонкие, то ли вообще, коньки?