— Не мог уснуть, — несколько смущенно ответил Алек.

— О-о! — Роджер остановился и принялся критически разглядывать своего собеседника. — Пожалуй, Алек, я должен за тобой понаблюдать. Прошу простить, если это причинит тебе неудобство или беспокойство, однако это мой долг перед великой британской читающей публикой. И это совершенно очевидно, мой занятный молодой влюбленный. Может, теперь ты сообщишь, по какому случаю отравляешь этот чудесный сад своим присутствием в такое неподходящее время.

— Да заткнись же ты! Черт бы тебя побрал! — сильно покраснев, огрызнулся «занятный молодой влюбленный».

Роджер, разглядывал его с пристальным вниманием.

— Наблюдение за поведением только что обручившегося индивидуума мужского пола свидетельствует: во-первых, он резко меняет свои привычки — подхватываясь рано утром, спешит на свежий воздух, когда должен был пребывать в духоте, бездельничая в постели; во-вторых, нападает на своих самых близких друзей без малейшего повода; в-третьих, становится ярко-кирпичного цвета, если ему задают самый простой вопрос; в-четвертых…

— Ты наконец заткнешься? Или мне придется швырнуть тебя на розовый куст? — закричал возмущенный Алек.

— Я заткнусь, — поспешно сказал Роджер, — но только ради Уильяма. Пойми это, пожалуйста! Я чувствую, что Уильям будет вне себя, увидев, как я приземляюсь на один из его драгоценных розовых кустов. Это повергнет его в величайшее уныние, и даже подумать страшно, к каким последствиям может привести. Между прочим, как так случилось, что ты появился со стороны ворот, а не из дома?

— Ты сегодня дьявольски любопытен, — улыбнулся Алек. — Если хочешь знать, я был в деревне.

— Так рано? Алек, должно быть, с тобой все-таки что-то творится! С какой стати ты был в деревне?

— Чтобы… Ну, если ты уж так хочешь знать, я ходил на почту опустить письмо, — нехотя сказал Алек.