
Гарри замолчал и облизал пересохшие губы. Но, видя, что я играю ску-лами и смотрю на него непонимающим взглядом, понял, что надо продол-жать излагать события дальше.
- Нас всех, кто был с тобой близок и находился под твоим командова-нием, освобо-дили от службы и целыми днями проводили пренуднейшие до-просы с пристрастием. Даже допрашивали под воздействием домутила. Про-должалось это больше месяца. А потом нас уво-лили, вернее, попросту вы-швырнули на улицу. На нас поставили несмывае-мые клейма людей скомпро-метировавшими себя зна-комством с самым боль-шим преступником в исто-рии человечества. Что нам оставалось делать? Со-брались вместе и попробо-вали наняться в другие системы, куда-нибудь по-дальше. Но ты ведь знаешь, как это трудно сделать без бумаг о своём безуко-ризненном прошлом. Мы стали падать, в буквальном смысле слова, на дно. Поселились в городишке Манмоут, ну это там где ремонтируют торговые крейсеры, в каком-то забро-шенном до-мишке. И по очереди ходили по городу, поднанимаясь к разным торгашам, копя деньжата на дальнее странствие. И каково же было наше удивление, когда однажды ночью нас всех разбудил Малыш, с криками во-рвавшийся в нашу "скромную" спальню: "Вставайте, вста-вайте! Я только что видел Тантоитана!"
