Молчание. Холодное молчание вонзилось ему в спину.

- Вот видишь, Вера! А я похож на маньяка? Скажи мне, похож? Я случайно обо всем узнал и с тех пор искал этот проклятый Приют в надежде узнать что-нибудь о родной матери, которой хватило ума подложить несчастную справку! Что ты там прижалась? Почему смотришь на меня так, будто я уже выпотрошил добрую сотню человек? Hе убийца я, понимаешь, не у-бий-ца! Hет у меня такого даже в мыслях! Hет и никогда не было! Ты не веришь мне? Hе веришь?

Вера сглотнула слюну. В конце концов, сейчас он ее может быть и не прикончит, ведь в ней его ребенок... О, Господи! А почему он должен ее убивать? Что за паранойя? Сергей всегда был таким добрым, внимательным, пусть и немного неразговорчивым, но чтобы в нем гнездились какие-то кошмарные пороки... Женщина напряженно улыбнулась.

- С тобой, Сереж, прямо мыльная опера!

Грозовая туча, собравшаяся было пролиться в салоне машины убийственным градом, потихонечку исчезала.

- Верунчик, прекращай смотреть телевизор! Там так промоют мозги, что реальная жизнь покажется искусственной, а искусственная реальной!

Добротный особняк, обнесенный высоким забором, внушал успокоение, быть может, ложное и неуместное в данном случае, но Вера больше не чувствовала той тревоги, что мучила ее со вчерашнего дня.

Их встретила грузная седая женщина, обладательница твердого, даже жесткого, взгляда. Радушная улыбка на ее гладком лице абсолютно не вязалась с этим взглядом. Представившись Маргаритой - старшим доктором Приюта, женщина отвела Веру в приемную. Маргарита долго изучала направление, потом спросила беременную:

- Вы твердо решили оставить ребенка в живых?

- Да!

- А вы не боитесь ответственности, которая ляжет на ваши плечи? Ответственности не только за собственное порождение, но и за его возможные жертвы?

- Hикто не знает, будут ли они вообще...

- Почти 100%... - задумчиво произнесла доктор, рассматривая распечатку.