Я метался в бреду на загаженном голубями кресле, и мерещилось мне та тёмная пелена, что ходит в доме подо мной из угла в угол, незримой сетью дрейфует по комнатам, и каждый раз после её прохода, что-то неуловимо меняется. И я силился понять, что ,но так и не понял. Одно я знал точно, попасть в сеть – верная смерть. Виделись мне в здании, какие-то машины и они работали, как-то не правильно.., но работали. Ползали какие-то существа, мелкие и незначительные , тараканы, мокрицы ,двухвостки, -не знаю, я не мог их определить. И ещё видел я как по кабелям, откуда-то глубоко из земли идёт энергия к неправильным машинам. Слышал шепот Штыря с Дюбелем а потом видел их сны ,и раздражало это неимоверно и я ворочался, пытался найти удобную позу,…а точнее способ отключится от всего этого и уснуть. Что за наказание, чувствовать присутствие других ? Конечно, я и раньше не спал бревном, всегда чувствовал приближение опасности, но чтоб так….

Утомительно это слишком! Коньяк поначалу вырубил меня почти насовсем, пил я в своей жизни раза три – четыре, но хмель прошёл оставив сухость во рту и тяжелый вонючий запах. Умылся дождевой водой ,скопившейся лужицей в днище .Светало. Ветер стих.

Пора в путь. Завязав веревку хитрым узлом ,спустился на крышу. Узел показал мне в своё время Косой ,любой вес выдержит ,а как спустишься резко дёрнул и верёвка падает к твоим ногам. Просто и со вкусом, а так ведь никаких верёвок не напасешься.

Я спешил к Хаймовичу ,торопился похвастаться своими находками. Больше мне идти было не к кому. Мать пропала, когда мне было лет десять, а отца я никогда не знал. Может, и сгинул бы тогда вслед за матерью, если б не прибился к ватаге таких же, как я бедолаг. Вместе мы излазили все развалины, вместе ходили к Хаймовичу, он уже тогда был мудр и стар, таскали ему свои находки, а он учил нас всему ,что знал. Вместе ставили ловушки на крыс, вместе убегали от тварей ,вместе на них нападали. Вместе ходили к проститутке. А потом я вырос и стал Толстым.