Против мерцающего света, падающего через оставленные для вентилляции два крайних окна, зигзагами в его сторону двигались две тени: большая и поменьше.

- Иди, иди, переставляй ноги, - бубнил низкий мужской голос. Держись, мать, за стену, куда падаешь!..

Джел сел. В последние дни сцена эта повторялась из вечера в вечер.

Тени приблизились.

- Притащил, как заказывали, - было сказано уже Джелу, и на колени ему посадили сонную, тяжело навалившуюся на него Ма.

Хапа, двигая вместе с собой посуду, переместился несколько в сторону.

Пошатываясь и без разбору наступая всем, кто лежал по дороге, на разные части тела, большая тень, сопровождаемая руганью, удалилась в темноту.

- Объявился подарочек, - проговорил недовольно Хапа, отсвечивая костровыми бликами на лысом черепе.

Джел потряс Ма и громко сказал ей в лицо:

- Дрянь бесстыжая. Где ты была? С кем? Опять врать мне будешь?

- Сам ты дб... днь... дрянь, - ответила Ма и ткнулась носом Джелу в ухо.

Волосы ее пахли приторно-сладким дымком травки, которую курили компанией из общей трубки, обычно укрывшись в одной из стенных ниш в противоположном конце подвала. Когда Ма долго не появлялась, Джел сам ее там разыскивал.

- Что? Получил? Доволен? - ворчал Хапа, злорадно побслескивая в темноте лысиной и отражающими свет глазами. - Предупреждал я тебя, к чему приведут эти ее хождения. Побей ее хоть раз. Лучше поздно, чем никогда. Задай ей хорошую трепку, не испугайся бабы хоть раз в жизни!

- Ее нельзя бить, она сказала, у нее будет ребенок.

Хапа фыркнул.

- Можно подумать, что твой.

Из-за колонны, за которой молились, на них зашипели.

Хапа на несколько минут умолк, потом сказал неожиданно замогильным мрачным голосом:

- Извини. Я не имел в виду...

- Hу, хватит, - pаздpаженно перебил его Джел.