
ГЛАВА 4, УТЕШИТЕЛЬ
Она, она сидит на высокой бровке, бетонной такой, рядом со входом на военный объект, ты не знаешь точно, что там такое, но это рядом со станцией метро Арсенальная, казенные ворота напротив старой, в пулевых выбоинах стене завода, в честь которого названа станция. Вот так. Она сидит и плачет, девушка, лет двадцати пяти на вид.
Hо ты сначала не знаешь, на кого обратить внимание - на нее или на маленькое чудо у остановки-киоска. Рядом со стеклом сидит щенок, перед ним шляпа. Бросайте денежки. Hапротив его, на газоне, сидит бродяга, но не опустившийся бомж, а лет шестнадцати пацан с явными признаками отсталости ума. У него широкое, скуластое, калмыцкое лицо и круглые, посаженные слишком рядом глаза.
Ты уже видел его тут пару раз, он приходит со своим щенком и сидит весь день. Периодически отводит щенка на газон и сытно кормит его собачьими консервами и сухими косточками из пакета.
Затем отправляет работать. Пёсик ложится рядом со шляпой, глядит на людей, иногда переворачивается на спину, подставляя миру розовое пузо с пипуном. Он добрый.
А она - плачет. И ты идешь мимо, тебе к метро, и ты идешь мимо, а там площадь, где на каменном постаменте стоит пушка, а под ним группа индейцев в пончо играют свою музыку. Чуть поодаль от них трещит бензиновый генератор, подавая ток на аппаратуру индейцев - у них есть синтезатор, усилитель, колонки, простой микшер и микрофоны.
