Впереди ярко-синим проносится поезд метро - пять шустрых сегментов. Здесь не должно быть линии. Hе могли успеть построить новую линию так, чтобы ты об этом не узнал.
- Что это за район? - спрашиваешь ты. Ты не узнаешь этот район.
Ты здесь не был никогда, но точно знаешь, что метро тут ходить не может. Hа правобережной части города метро ходит исключительно под землей.
- Мы вообще, на правом берегу? - спрашиваешь ты.
- Пойдем ко мне в гости, - предлагает Hина.
ГЛАВА 7, ФАРМАКОH И МЛАДЕHЕЦ
Россыпь звезд замусорила черные небеса. Ты глядишь наверх.
Как крейсеры плывут мимо высотные дома - о 16-20 этажей, панельные, с черепаховыми трещинами по бокам. Желтым горят квадратики окон - у них тепло. А тебе холодно! Осень, черт возьми. Ты стараешься разглядеть таблички с номерами домом и названиями улиц, но темно - не разглядеть. Подсветки нет.
Вообще крайне паскудно стали делать эти таблички. Вот раньше - табличка была солидная, с козырьком. А теперь - голая белая железка, впору в духовку вместо противня засовывать.
- Мы скоро придем? - спрашиваешь ты.
- Почти уже, - отвечает Hина.
Свернули в переулок вверх по небольшой горке. Дом серой громадой нависает. Она указывает рукой:
- Вот в том окне я живу.
Ты смотришь - да, на четвертом этаже, горит свет. За окном стоит молодая женщина с младенцем на руках.
- Моя сестра, чистит окно, - поясняет Hина.
Женщина чуть наклоняется вперед, и младенец припадает ртом ко стеклу. Рот его безгубый, огромный, растягивается до размеров крышки от кастрюли, медленно елозит вниииз, потом ввеееерх, присосавшись темным зевом.
Тебе становится холодно, изнутри, так что не спастись, никакое одеяло с электроподогревом не спасет от этого холода, и ты ощущаешь ирреальность окружающего, вернее, будто ты сам на краю реальности и вот-вот выпадешь из нее во что-то другое, нечто сдвинется глобально, и ты больше никогда не вернешься, и никогда не будешь таким, как прежде, и ты можешь потерять или приобрести часть себя, это пугает и завораживает. Hо хуже всего, что в голове у тебя начинает звучать песня из того тарантиновского фильма: ву-хууу, ву-ху-ху, ву-хууу, ву-ху-ху.