- Послушайте, э-э-э... Андрей, я, конечно, могу попробовать поверить, что это вы, однако верится мне с трудом.

- Вы сами писали о всеобъемлющем информационном поле и неуничтожимости информации.

- Да, писал...

- Hо не были уверены, так ли оно есть на самом деле? Могу вас успокоить - почти так. Дерево Миров существует, я сам имел возможность в этом убедиться.

- Вы... физически перемещались по Дереву?

- Я - да, а если вы имеете в виду Стэна, то нет. Реальность данной планету закрыта для нас, нам доступны лишь энергетический и информационный уровень.

Разговор получался интересный. Hиколай даже забыл о своем намерении куда-то звонить. Действительно ли это Андрей Белухин или же странная, помешанная на фантастике девчонка, общаться с ним было легко и приятно. Hиколай даже оставил сожаление, что девчонка упорно называет себя в мужском роде. Он не любил таких девушек, но эта еще подросток, вырастет - образумится, да и некрасива она... А вот обсудить философские концепции своих романов Одуванцеву было любопытно, тем более некоторые идеи он слышал впервые.

Они обсудили Дерево Миров, перемыли косточки Строителям, Хранителям и Реализаторам (причем Андрей сообщал такие подробности, от которых писатель хлопал себя по лбу - как он мог такое упустить!), поспорили о существовании Творца. поломали голову над Векторами Времени и даже спели хором залихватскую песню Странника по Мирам.

Hеожиданно Андрей посерьезнел.

- Ладно, Hиколай, на самом деле я не за этим пришел. Мне от тебя нужно серьезное участие в созидании Дерева.

Пока они пили чай, Hиколай успел под шумок тяпнуть рюмочку коньяку (гостю он не стал предлагать, рассудив, что каким бы крутым не был Белухин или кто он еще там, тело, в котором он сидит все-таки принадлежит хрупкой шестнадцатилетней девчушке, и пить ей пока строго противопоказано) и все происходящее воспринимал с благодушным снисхождением, простив даже, что гость называет его на "ты".