В общем, народ на квартире у Борьки собрался мужественный и волевой.

— Так вот… — говорил Борька, опираясь руками о край стола.

Стоя в дверях и заслоняя проход копошившимся за моей спиной караульным, я с любопытством смотрел на герцога: с нами он никогда не разговаривал так категорически и высокомерно. Побить его сейчас, в присутствии младших, я не мог: таков был неписаный кодекс чести. Надо было дождаться конца высокого собрания. Вдобавок мне было интересно, что может предложить этой мелкоте мой аристократ.

— Так вот, повторяю. Пока мне нужна лишь охрана у дворцовых дверей, сменяющаяся каждые полчаса, и пара связных. Кроме того, во дворе дома шестьдесят с четырех до девяти вечера должен постоянно — повторяю: ПОСТОЯННО — находиться контрольный пост. Дислокация — у второго подъезда. Описания объекта усвоены?

— Так точно! — отозвался Котька и усмехнулся.

— Усмешечки? — вскипел герцог.

— Виноват, — пробормотал лейтенант.

— Лишаю тебя жалованья на сутки!

Котька съежился и ничего не ответил. Лейтенанты посмотрели на него осуждающе.

— Обо всех передвижениях объекта сообщать мне немедленно, — ровным голосом продолжал Борька. — Сопровождающих лиц фотографировать, пленку вручать мне лично в руки ежедневно в двадцать один ноль-ноль.

— А где аппарат взять? — деловито спросил Ведя.

— Аппарат будете получать от меня, — резко ответил герцог. — Посторонних снимков не делать, ясно?

— Ясно! — хором подтвердили лейтенанты.

— Командовать разведкой будешь ты. — Герцог властно указал пальцем на Котьку, Котька просиял. — Фотографировать умеешь?

— Так точно! — улыбаясь во весь рот, вскочил Котька. — Так точно, ваша светлость!

— Сиди, — повелел ему Борька.

Застыв у дверей (караульные за моей спиной притихли), я пытался сообразить, кто из наших девчонок живет в доме шестьдесят. Слава богу, это была не Маринка, но все-таки стоило послушать дальше.