Вдруг рука его застала в одном из карманов. Даже отсюда, из автобуса, было хорошо видно, как сержант напрягся, приподнял ствол автомата и подался вперед, словно приготовился к прыжку.

Тихие, жидкие секунды. Вцепившись в подлокотники кресла, я смотрел в окно и ждал... Ждал...

Попутчик, наконец, вытащил руку и высыпал на стол пригоршню ракушек. Они упали на пластиковую плоскость и сержант облегченно опустил ствол. Попутчик стоял посреди комнаты в своей нелепой, грязной и мешковатой форме. В серой форме, серой, словно камни, выброшенные штормом на берег моря. Стоял и смотрел на ракушки, которые видел первый раз в жизни. А они, нереальные и неживые здесь. И тут он прыгнул в сторону двери, резко распахнул ее и нырнул в темноту. Сержант рванулся за ним, срывая автомат с плеча.

Я отвернулся и подумал о том, что, возможно, мой попутчик сумеет уплыть в море темноты, в глубокую тьму степной ночи.

Сухо закашлял автомат и сразу с места тронулся автобус.

Медленно и неотвратимо.

15.11.01. СПб.