Противный запах подбирается ко рту из нутра. Пахнет печенью, несвежей и скверно приготовленной, может даже сыpой печенью. Почему? Ведь Пётр Матвеевич не ел печени. Тут он понял, что у него есть своя печень и вдруг ему стало дурно. Что ещё он мог поведать миру о людях, о тех людях, о которых он писал книгу? Он не знал, но чувствовал, что их история не остановится от того, что он перестанет писать. Поэтому он торопил события в мире, в который был допущен, и пытался задержать события в мире, которому принадлежал.
* * *
Его люди изобрели велосипед. Hикто не сказал им "не изобретайте велосипеда". Зачем он им? Прогресс прогрессом, но не рано ли? Пётр Матвеевич перестал временами понимать своих людей, стал отдаляться от них. Даже замысел его книги мало-помалу стал ускользать от него. Ведь их мир так прекрасен: он был создан богом и в нём было примерно всё, что нужно. Hо бог делал мир не для себя.
Ун приходил к нему всё более реальный. Его лицо прорезали морщины, глаза были острые и пронзительные, тело покрывали лохмотья. Ун так и не нашёл себе места в жизни, он продолжал заниматься тем, чем занимался всегда, только назвали это - бродяжничеством, и пищу просто так давали ему неохотно.
* * *
Пришёл апрель, и книга была готова. Пётр Матвеевич собрал в стопку исписанные листы шершавой, сероватой бумаги, перевязал бечёвкой, дождался утра и тронулся в путь. Он не вполне знал, куда шёл. Hи разу в жизни он не был не то что в издательстве, а даже в редакции какойнибудь заштатной газетёнки. Теперь же ему предстояло ни много ни мало издать свои труды. Пётр Матвеевич Панцирев стал вспоминать названия издательств, виденные им на титульных листах прочитанных им книг: "Московский рабочий". "Молодая гвардия". "Детская литература". "Художественная литература". "Прогресс". "Иностранная литература!" Была ли его литература такой уж родной этим окружающим ландшафтам? Может, ему взять псевдоним - Джек Лондон - и выдать свою литературу за нигерийскую классику? Ах, издательства, издательства, где же вы теперь, где искать вас? Пётр Матвеевич не может бросить свой труд.