Хочу напомнить вам одну старую легенду, которая ярко демонстрирует суровую мужественность тогдашних солдафонов. Hапали как-то на Рим то ли варвары, то ли татаро-монгольское иго. Секлись-рубались они у стен древнего Кремля, пардон, у Фермопил недели две, не меньше. Hо доблестный предводитель древнеримских воинов Леонид твердо сказал: "Hу, мужики, отступать некуда! Позади - древний Рим, который мы отдать никак не можем, потому что куда нам тогда деваться?". Воины вняли призыву своего любимого центуриона, тем более что он в воспитательных целях сразу расстрелял всех через одного. Бой завязался - не ради славы, а ради жизни в пресыщенном аристократическом Риме. Легионеры стройными рядами набрасывались на варварских татаро-монголов и рубили их в капусту своими длинными мечами. А вечером отправлялись отдыхать с гитарами, пардон, с гетерами и пили там свое древнее вино, почему-то разбавляя его водой. И вот в один такой боевой вечер мужественный солдат по имени Мусий Сцевола вышел на двор по малой нужде. Hу, вино с водой дало о себе знать. И вдруг в самый патетический момент на него сзади предательски набросился отряд варварских партизан. Скрутили доблестного легионера веревками и цепями, привели в свой штаб и начали пытать: мол, давай, паря, рассказывай - сколько у вас стреловидных единиц на душу населения и всякой боевой техники. Hо древний герой отличался стойкостью духа и крепостью нервов, поэтому на все расспросы отвечал:

- Хрен вам по всей роже, подлые негодяйские захватчики. Римский воин не выдает никаких секретов, тем более что ему их по штату знать и не положено.

А варвары ярятся все пуще и пуще. Пытают геройского воина так, что только пыль по степи. Обливают его водой и выставляют на мороз, заставляют пить свой кумыс, плоскогубцами корежат латы, словом, издеваются, как хотят. Hо наш легионер с честью вынес все муки и даже после кумыса не попросился посетить одно известное заведение. Поняли, негодяи, что не добьются ничего от мужественного сержанта и сказали, что пришел его смертный час: мол, сейчас его затопчут конем со страшной силой. И когда Мусий понял, что скоро отправится на рандеву к своим богам, он взял да и сделал свой знаменитый мужественный поступок, воспетый в легенде, - положил на комфорку руку и сказал: