Путешествия эти были не из приятных - меня с детства укачивало в автомобилях. Концерты - тоже, мы выступали по клубам, напоминавшим сараи или свинарники, а жили в общежитиях все вместе в одной большой комнате или спортзале, спали на раскладушках. Hо несмотря на столь некомфортные условия, все были очень довольны и веселы - были молоды и хотели играть джаз!
В этом ансамбле я познакомился с саксофонистом Станиславом Григорьевым и его приятелем, московским трубачом Димой Винокуровым, который, наверное, стараясь соответствовать своей фамилии (слово "вино" в начале), всех обескураживал своим беспробудным пьянством. Меня, признаться, тогда шокировало частое лежание артиста в туалетах в обнимку с унитазом или постоянное забывание своей трубы везде, где только можно, начиная с автобусов и кончая сценами клубов, где нам доводилось выступать. Типичным был возглас аборигена вслед отъезжавшему автобусу:
- Товарищи артисты, не вы ли забыли дудочку?
Трубач Дима был ведущим голосом в нашем, так называемом, и модном тогда, "шведском" составе (труба, три саксофона и ритм-секция). Поэтому его алкогольные причуды с провалами памяти держали всех в постоянном напряжении: быть или не быть? Hапьется или не напьется? Гамлет - одним словом, но заменить бедолагу было не кем - он был превосходным солистом-импровизатором (по трезвости, конечно) и над ним постоянно брали шефство: оберегали и следили, чтобы не "нажрался".