В других комнатах говорилось тоже самое - старый следовательский прием. В моей же башке свербило одно: где достать и немедленно выпить! При такой внутренней пытке нет никаких сил на внешнюю: что-то придумать "во спасение" и как-то вывернуться из создавшегося положения было моим мозгам не под силу в те минуты. Пришлось чистосердечно признаться, что книгу дал почитать товарищ, коим был Игорь. А кто ему дал - выяснялось у самого Игоря. Получив от нас объяснительные, чекисты отпустили нас с миром. Их прежде всего, интересовало: не вели ли мы агитацию по отделению Западной Украины от СССР? И они, как люди опытные, поняли, что никакие мы не политики, а просто мудаки, выпившие не в меру. А может быть, просто сделали вид, что поверили. Мы, конечно, понимали, что продолжение будет в Москве (обычно такие дела пересылаются по месту жительства, в районное отделение родных и любимых органов). Когда первый испуг прошел, естественно встал вопрос: - Кто заложил? И внезапное исчезновение из гостиницы друзей-самбистов красноречиво отвечало на него. Удивляться тут было нечему: десантники, пограничники, комитетчики - звенья одной цепи. Они выполнили свой долг и не будем их строго судить за это - просто, не надо впредь быть такими не в меру общительными.

Hадо ли говорить, что после такого морального потрясения, мы с удвоенной прытью бросились в объятья зеленого змия. А город был просто создан для пьянства: во дворах всех частных домиков были винные погреба - и, если у тебя есть куда налить, приходи хоть среди ночи, тебе нальют. Вот такие, морально подавленные и физически не просыхающие, мы и отправились дальше по маршруту впереди был Кишинев.

Пребывание там ничем выдающимся не отмечено - после истории в Черновцах резвиться как-то больше не хотелось, но пить меньше не стали. В один из свободных дней пошли мы в том же составе (втроем) на живописный, молдавский базар, купили живого гуся, чеснока и разной другой зелени, и поехали за город, чтобы там, на природе, этого гуся зажарить на костре.