Чтобы устроить знаменитому "ревизору" ВДHХа, а потом и дать достойный отпор, были собраны лучшие джазовые силы. Тут и Герман с его нелюбовью к контрабасу и би-бопу, здесь и Бриль с его новейшими ладовыми устремлениями, и Алексей Кузнецов с постукиванием по деке в концертной пьесе для гитары. То, что подражание кумиру, есть выражение любви к нему, доказал своим выступлением бесстрашный Левиновский.

Hо все это произошло потом, а в начале, как и подобает, дали "слово" гостю. Артист со спортивной легкостью взбежал на сцену, поглядел на висевшие окрест портреты маститых, известных всему миру композиторов и, как показалось патриотически настроенным зрителям, струхнул немного. Страна с такими музыкальными традициями (один 19-й век чего стоит)! Hачал он свою "речь" с исполнения монковской "Около полуночи". Поиграл, поиграл и, видя невероятно-восторженный прием, весьма освоился, оттаял и, спустившись в зал, решил послушать и представителей Великой Страны Советов.

"Представители" были, все в полной боеготовности и собирались лечь костьми, но отстоять честь отечественного джаза пред заморским супостатом. И отборные силы были брошены "в бой"! Выступают один за другим наши мастера, пыжатся, тужатся, из кожи вон лезут, а на лице супостата нет и следа, не то, чтобы восторга, но даже и одобрения, скорее - полное недоумение. Вот до чего довели большевики искусство в России - думает, наверное, супостат-ревизор.

- Что же делать и кто виноват? - задается извечными русскими вопросами наш джазовый "фельдмаршал", нервно поправляя указательным пальцем очки на носу, видно, пора пускать в ход, хоть и не джазовые, но резервы - последняя надежда на них. Одним словом не "джем", а какое-то "Бородино" получилось, но Москву не сдадим: но пасаран, так но пасаран!