Решение мое было легко предугадать, но невозможно изменить.
С этим решением я и направился к Стейнвею. Он встретил меня разъяренным воплем, слышным еще в коридоре.
- Черта вам лысого, а не нанороботов!!! - проревел Стейнвей и впечатал телефонную трубку в жалобно звякнувший аппарат. Я бочком протиснулся в кабинет.
- Совсем распоясались! - прогудел Стейнвей, остывая. - Hанороботов им подавай... А тебе чего? - буркнул он, заметив меня.
Я вкратце изложил свое желание и протянул прошение о переводе.
- В поле, значит, потянуло? - прищурил пюпитр Стейнвей. - А что... - задумался он и вдруг резко подмахнул мое прошение. - Валяй! Hе возражаю! Hаправление получишь в бухгалтерии...
* * *
Сперва они чуть не подрались, но потом Арманд де Тьенсегюр разглядел на груди Серого Рыцаря орденский медальон, и тут же вытащил из-за пазухи свой, с сапфировой звездой приора. Серый рыцарь незамедлительно убрал меч в ножны и предложил брату Вольному Рейтару отъехать в сторонку от переправы, дабы в тишине и спокойствии обсудить дела Ордена.
Мэтр Гидеон также не стал скучать в одиночестве, завязав оживленную дискуссию с настоятельницей Эльжбетой из монастыря Фортуны о превосходстве магии ментальной над стихийной и флюктуациях благоволения великой богини Фортуны к недостойным паладинам госпожи Авантюры.
Этьену страсть как хотелось послушать о причинах своего счастливого выздоровления (ибо мэтр Гидеон объяснял оное выздоровление именно флюктуациями, не вдаваясь, впрочем, в подробности о значении этого термина), но приходилось блюсти инкогнито, а потому в собеседники принцу достался оруженосец Кшиштоф - исхудалый до изнеможения парень, рядом с которым даже бледный после перенесенной лихорадки Этьен казался пышущим здоровьем атлетом.