— Да.

— Все просто, Сашенька. Я два года уже как стала вдовой. Очень долго сидела одна, в пустой квартире, почти ничего не ела. А потом решила, что надо жить среди людей, особенно на старости лет. Чтобы было шумно, чтобы кругом была молодежь...

— Ты нисколько не старая, чтобы так говорить, — попытался он сделать комплимент.

— Нет, не старая, но и не молодая.

— Да, брось! — Смольников сжал ее руку.

— Ох, — вздохнула она от его пожатия. — Ты всегда так хватаешь женщин?

— Извини, — он разжал ладонь.

— Ты такой статный! — она потрогала его плечо. — Баскетболом не занимался?

— Ты почти угадала. Я играл в волейбол, в сборной республики, второй состав.

— М-м-м! Мне нравятся высокие мужчины.

— А я люблю таких, как ты!

Он поддел ее рукой за талию, приподнял и вдруг взвалил на себя, легко и быстро. Это был его проверенный прием, который производил на женщин сильное впечатление.

— Ух, какой ты! — фыркнула Мариам, пытаясь сползти с него, но Саша сковал ее руками и прижал к себе.

Он сразу и бесповоротно ощутил, что она подходит ему по всем статьям. Как и почему приходит это чувство телесной и душевной совместимости — он не ведал. «О чем ты сейчас думаешь, интересно? — мысленно спросил он ее. — Думаешь, что нашла мужчину своей мечты или просто опасаешься, что я блевану и запачкаю твою постель?»

— Тебе неудобно? — спросил он, близко ощутив ее дыхание. Пальцами он исследовал ее спину. Мариам была значительно крепче телом, чем его Наташка. Под упругой кожей он почти не различал костей. У Наташки он чувствовал каждое ребрышко, когда проводил рукой по спине.

— Немножко, — чертыхнулась Мариам, пытаясь отстраниться от него.

— Терпи, женщина! — продолжал он гнуть свою мужскую линию. — Если впустила меня на свою кровать — терпи!

— Пусти! У меня синяки будут!

Смольников схватил ее за густую гриву волос и медленно надавил на затылок, приближая к себе ее лицо, склоняя к поцелую. И с удовлетворением отметил, что женщина резко воспротивилась его воле, давая этим самым возможность усилить атаку.