Но Говер молчал, втискивая лицо в подушку и кусая губы, чтобы не закричать. Руж еще немного потоптался на пороге и, видя, что разговора не выходит, ушел.
* * *Говер сидел на скамейке, привалившись боком к нагретой солнцем кирпичной стене. Казалось, он дремал. Веки были прикрыты, тело расслаблено. На плечах толстая шерстяная накидка. В руках металлическая пластина, испещренная дырочками, кружочками, штрихами.
Но Говер не спал. Солнце било ему прямо в глаза, и под веками мелькали красные и зеленые круги в непрерывном движении. Лицу было очень тепло. Спина уже почти не болела. Только заживающие раны чесались невыносимо.
«Все можно терпеть», — пришла откуда-то мысль, будто сказанная другим.
«Не все», — возразил Говер, и даже мотнул головой из стороны в сторону.
«Ты все думаешь о таблицах мудрости? Хочешь знать, что это такое?» — опять ниоткуда прозвучал вопрос.
«Да, хочу.»
«Это остатки печатных плат с корабля, который разбился здесь много лет назад. И теперь Мыслящие не могут вернуться…»
«И они ищут тех, кто поможет им», — продолжил Говер и открыл глаза.
* * *— Мне надо видеть Мыслящих, — нетерпеливо заявил Говер человеку в пропускной сторожке.
Тот глянул непонимающе выпученными воловьими глазами, и вложил в руку Говера серый жетон.
— Я прошел включение в прошлый раз!
Служитель не ответил, молча толкнул дверь во двор.
Говер направился сразу по тропинке наверх, туда, где среди темной зелени блестел стеклами витражей Храм Мыслящих. Но не прошел и десяти шагов, как двое стражников возникли на пути. В толстых кожаных куртках с металлическими бляхами, с короткими пиками в руках, они казались неповоротливыми.
— Назад! — один из стражников слегка кольнул Говера пикою в грудь. — Здесь дороги нет. Иди туда, куда тебе назначено!
— Мне надо видеть Мыслящих!
— Иди, — повторил стражник и вновь кольнул Говера в грудь. Тот сделал вид, что подчиняется. Затем резко повернулся, схватился за древко пики и резко рванул ее на себя. Стражник потерял равновесие и упал, перекувырнувшись через голову. Второй попытался ударить, но Говер отбил его удар, и всадил острие противнику в ногу. Стражник скрючился и, заревев по-звериному, повалился на песок.