— Но денег все равно не хватит, миледи, — вмешалась Клер, знавшая стоимость тиары до последнего су.

Фелисия понимала, что рискует всем, но не собиралась выдавать слугам свои опасения.

— Поэтому я и собираюсь в казино, — объявила она с уверенностью, которой не ощущала. — Там наверняка удастся удвоить сумму.

— Я стану молиться Святому Девоте, чтобы вы сорвали банк, — объявила Клер, считавшая местного святого надежной защитой от всех бед и неприятностей.

— Прошу прощения, миледи, но вы ни разу не играли. У вас нет опыта, — возразил прагматичный Даниель.

— В таком случае я стану молиться Святому Девоте и Пресвятой Деве, — твердо объявила Клер, укоризненно взирая на мужа. — Ты настоящий безбожник, Даниель.

— Двадцать одно — игра несложная, — с деланной небрежностью бросила Фелисия. — Каждый сможет сосчитать до двадцати одного! Я все решила, и не стоит меня отговаривать! И нечего смотреть на меня так, Даниель! Тетина тиара — все, что осталось из драгоценностей, так что мне придется выиграть недостающую сумму в казино. Если повезет, разумеется, — трезво добавила она.

— Мои молитвы помогут! — заверила Клер.

— В конце концов, сейчас пасхальная неделя, а Господь иногда творит чудеса, — добродушно заметил Даниель.

Фелисия пригладила непокорные рыжие локоны — старая, еще с детства, примета на удачу.

— Почему бы ему не сотворить их для меня?

— Верно, мадемуазель, почему бы и нет? — кивнула Клер, одобрительно улыбаясь.

Герцог Графтон сразу же заметил огненно-рыжую женщину, едва она переступила порог игорного зала. Присутствующие на мгновение замолчали, потрясенные необычайной прелестью ее лица и фигуры. Но поскольку ему начало везти, он и не подумал оторваться от карт и помедлил только затем, чтобы запечатлеть в памяти чудесный образ. Он еще успеет познакомиться с волшебным видением. Обычно женщины не ведут крупную игру, вряд ли она скоро уйдет.

Делая ставки, герцог продолжал держать в поле зрения и ее, и толпу восторженных поклонников, собравшихся вокруг. Но женщина, казалось, никого не замечала, сосредоточившись на игре, а он, пробыв столько лет призовым жеребцом у светских львиц, не слишком волновался из-за соперников.