«Откуда мне было знать, — думала Фелисия, покоренная, наполненная его семенем, — что секс может быть так потрясающе хорош?»

«Неужели ее наивность способна на подобное волшебство?» — дивился он, все еще не насытившийся, несмотря на сокрушительную разрядку.

Но, верный принципам, диктующим отказ от истинных чувств, и полный решимости сохранить удобные холостяцкие привычки, Флинн отбросил тревожащие мысли и, подняв голову с подушки, небрежно чмокнул Фелисию в щеку.

— Восхитительно!

— И теперь я знаю, как это бывает, — подтвердила она, прикрыв глаза.

— Мир иногда бывает совершенным, — прошептал он, приподнявшись на локтях и улыбаясь ей.

— Когда ты со мной? — спросила она, поднимая ресницы.

— Но это лучше, чем быть одной?

Прекрасная светящаяся улыбка озарила ее лицо.

— Можно подумать, ты не знаешь, самодовольная ты личность.

— Проверяю на всякий случай.

Он взглянул на каминные часы.

— Кроме того, я способен на большее.

— Невозможно, — покачала она головой. — Я по крайней мере уже ни на что не способна.

— Ты так думаешь?

Он шевельнулся в ней.

— Не делай этого, иначе я просто вознесусь на небо от блаженства.

— Такого блаженства?

Он подался вперед, все еще возбужденный и твердый, несмотря на оргазм, казалось, ничуть не повлиявший на его готовность.

Холодок озноба пронзил ее, восхитительный трепет охватил лоно.

— Это несправедливо, — прошептала она.

— Не знал, что в любовных битвах есть правила!

— Очевидно, не для тебя.

— Я могу заставить тебя кончить еще раз.

Какое счастье…

— Вернее, столько, сколько захочешь, — шепотом добавил он.

Тлеющее пламя желания взметнулось с новой силой. Впервые в жизни Фелисия познала неуемное вожделение.

— Как ты это делаешь? Всего секунду назад я с места не могла сдвинуться.