— Очень просто. Я скольжу… вот сюда и касаюсь тебя… здесь…

Она вздрогнула от очередного натиска.

— И твое тело отвечает. А теперь, если я чуть перемещусь вправо и слегка поднимусь…

Потрясенная Фелисия ощутила приближение оргазма. Несколько бесконечных, истерических, сумасшедших мгновений спустя, когда все было кончено, она снова обрела возможность мыслить.

— И я снова могу заставить тебя кончить, — игриво пробормотал он.

— Откуда тебе знать?

— Годы практики, если правда тебя не шокирует.

Медленно выйдя из нее, Флинн отодвинулся и растянулся рядом.

Опершись на локоть, Фелисия жадно впитывала красоту его пропорционально сложенного тела.

— Если бы мне не было так хорошо, я, пожалуй, поспорила бы насчет пользы многолетней практики.

Флинн заложил руки за голову и усмехнулся.

— Хочешь, чтобы я извинился?

— Сколько тебе лет?

— Тридцать пять.

Фелисия тихо фыркнула.

— Дело не только в возрасте. Моему мужу было пятьдесят, а он ничего не знал и не умел.

— Просто у одних больше таланта, чем у других.

— К достижению удовольствия.

— Нет, я имею в виду исключительно секс.

— Наслаждение не играет особой роли?

— Играет, конечно, ведь это главная цель. Но можно получать наслаждение от множества вещей, помимо секса.

— И ты его получаешь?

— Разве я кажусь одержимым?

— Но ты потрясающе хорош!

— Поверь, я стремлюсь к совершенству во всем, не только в постельных играх.

— И все-таки ты уникален. Как тебе удается избегать назойливых женщин?

Он почувствовал себя неловко и отвел глаза в сторону.

— Успокойся, Флинн. Я не из тех, кто охотится на мужчин, — заверила Фелисия. Он расслабился, и она засмеялась.

— Сила привычки, — пояснил он. — А подобные вопросы меня обычно настораживают. Хочешь искупаться?

— Меняешь тему?