Если пройти через небольшую полосу леса, то обязательно асфальтированная дорога, либо пешие тропки выводили к широкому шоссе, которое вело в город. Там шумели машины и уже на подходе к трассе Марфа прислушивалась к гремящему по раскалённой дороге камазу, который летел с довольно высокой скоростью. Марфа свернула поглубже в лес и села в высокую траву. Лениво очищая очередной прутик, она почувствовала, как начинает клевать носом и сразу же прилегла на мягкую землю, по которой ползали муравьи. Засыпала Марфа обычно быстро. Слишком она спала мало в эту ночь, - стерегла картофелины. Уснула только под утро на пару часов и сейчас её сморило летнее солнечное тепло, струящееся лучами на Марфину гладкую беззащитную кожу головы. Проснулась она к обеду, сначала ей показалось, что на платье скопилось слишком много грязи и она деловито пыталась отряхнуть её большими руками с широкими ладонями, пока не поняла, что это тени от листьев, похожие на пятна, медленно ползают по ткани. Марфа подняла с земли свой узелок и, хрустя ветками, вышла на небольшую дорогу, которая выводила к трассе. Hа обочине дороги алело несколько пятнышек земляники, Марфа сразу же отправила первую найденную ягоду в рот, а затем стала собирать в платок, отходя всё дальше и дальше от дороги. Hасобирала стакана три, всё время сбора ягод думала только о Рите, как порадует сестру, как угостит её мужа, как будут оба рады её появлению, её подарку. Она шла, неуклюже переставляя большие босые ступни. Сжимала свою котомку, которая теперь заметно увеличилась после ягод. Марфа старалась не помять только что собранную землянику и снова вышла на асфальт, направившись к шоссе. Автомобильный шум становился всё громче и звучнее, одна за другой вылетали машины из-за деревьев и снова скрывались, промелькнув в проёме дороги. Уже был виден указатель, на котором белыми буквами на синем фоне написано "Дом-интернат", но Марфа всё равно не умела ни читать ни писать, ей было абсолютно всё равно, что написано на вывеске, висевшей на ржавом столбе.