В первый момент, открыв глаза, Светлана подумала, что ей все еще снится сон. Незнакомая комната с белеными стенами, раскрытые настежь небольшие квадратные окна, полные солнца и зелени, глиняный горшок на комоде с толстым букетом крупных желтых лилий...
Но тут же и улыбнулась. Это не сон! Она в доме своей тетки Надежды Любимовны, в оленеводческом совхозе, в тайге... Вчерашний день, полный пестрых впечатлений, на минутку возник перед глазами — дорога, дорога, дорога... Дорога среди сопок, крутые повороты, гудки машины, села… Дядя Виктор, сидящий рядом в кабине. Запах разогревшегося мотора. А потом сумерки, прохлада, звезды, тайга...
В доме было тихо. Только незатейливая песенка какой-то птицы проникала в открытое окно.
Светлана поднялась, нашла ногами тапочки и подбежала к окну. Лес! И в одном окне, и в другом, и в третьем... Большие деревья, облитые солнцем, и большая, выше подоконников, трава!
Светлана быстро оделась, расчесала свою белокурую, почти серебристую косу, аккуратно повязала пионерский галстук, — мама никогда не позволяла ей показываться на людях неприбранной, — и вышла из комнаты.
На терраске тоже никого не было. На столе лежала записка: «Разожги печку во дворе, подогрей чайник и позавтракай. Я приду к обеду. Тетя Надежда».
Светлана вышла на крыльцо. Огромный куст жасмина свесил над самыми ступеньками зеленые ветки и кремовые цветы.
Дом был разделен на две половины. На другой половине было такое же крыльцо с терраской, так же мелкозастекленной, только жасминового куста у соседей не было. Зато у них под самым окном густо цвели какие-то особенно крупные белые левкои.
От домика уходила вниз, к шоссе, каменистая розоватая дорожка. А по сторонам зеленел самый настоящий лес. Недалеко от крыльца, под деревьями, стоял врытый в землю небольшой стол и около него узенькие, тоже врытые в землю скамейки.